В поисках пути

Россия конца 1990-х годов: подходит к завершению десятилетие активной, но стихийной и раздробленной, экономической борьбы пролетариата, апогеем которой стала “рельсовая война” 1998 года.

В этих условиях летом 1997 года в Кирове образуется небольшая марксистская группа, которая, прежде всего, резко отмежёвывается от “официального” и “полуофициального” “коммунизма” – различных псевдокоммунистических наследников сталинистской контрреволюции, в первой половине XX века уничтожившей марксистскую школу в России, которые окончательно себя дискредитировали уже в то время, хотя некоторые из них в качестве своеобразных zombie companies существуют и поныне.

“Выжженная земля” и защитный максимализм

Стоявшая у истоков нашей организации Кировская марксистская группа (КМГ) фактически была вынуждена начинать с нуля: использованная сталинизмом тактика “выжженной земли” привела к тому, что преемственность революционной партии была нарушена – некому было передать практический, теоретический и организационный опыт большевиков нашему поколению. С другой стороны, приходилось противостоять набирающему силу (в том числе и электоральную) национализму, находившему благодатную почву в депрессивных рабочих кварталах, и вырывать из-под его влияния отдельных неравнодушных к происходящему молодых людей. Да и в целом официальная политическая среда России на тот момент была гораздо более фрагментированной, чем нынешняя “полуторапартийная” система, а идеологические фронты – гораздо более выраженными. Жёсткое идеологическое противостояние часто дополнялось физическими столкновениями на улицах города.

Все эти факторы привели к тому, что изначально ориентация нашей группы носила на себе ярко выраженную печать максимализма. Было решено приступить к изданию собственного печатного органа, который был назван “Комса”. Причины, побудившие выбрать такое название, были изложены в передовице первого номера, вышедшего в июне 1998 г.: «В эпоху позднего СССР комсой называли хулиганскую, неподконтрольную часть массово-поголовной организации ВЛКСМ – ту, которой было противно сидеть на занудливо-единообразных собраниях», которую «не интересовала возможность» сделать карьеру_,_ чем усиленно занимались «комсомольские боссы». В отличие от них, молодые максималисты «предпочитали жить и воспринимать всё происходящее во всём его многообразии. Их журили, исключали из организации. Но как ни странно, именно они, влившись в новые леворадикальные организации, первые выступили против власти капитала.

Мы не имеем ничего общего с комсомольской элитой конца восьмидесятых. Им достались фешенебельные бары и рестораны, банки и канарские пляжи; нам же – разрушенное, голодное общество, в котором нам приходится бороться, стремиться, ну и просто жить. […]

Мы, так же, как “Неуловимые мстители”, ненавидим буржуазию и всяческую контру. Мы объединились для борьбы за новое, бесклассовое общество, в котором не будет места эксплуатации человека человеком, насилия; общество, в котором будет уничтожено главное зло – частная собственность, сосредоточенная в руках кучки толстосумов, считающих себя хозяевами жизни. Вслед за частной собственностью будут уничтожены товарно-денежные отношения. Имя новому обществу – коммунизм.

Но прежде, чем это общество будет создано, пролетариат, т. е. класс наёмных рабочих, должен взять власть, свергнуть старый капиталистический мир. Но и на этом движение к коммунизму не закончится, пролетариат должен будет создать свой аппарат подавления сопротивления буржуазии. Это общество уже не будет государством, так как власть в нём будет находиться в руках большинства – такое большинство в марксизме называется диктатура пролетариата. Это переходный период, в который будет уничтожаться старое общество и создаваться новое.

Создание нового общества возможно лишь при появлении нового человека – свободного, гордого, стремящегося к знаниям и всестороннему развитию, лишённого буржуазных предрассудков и мракобесия. Такой человек может быть воспитан только в рамках коммунистической организации».

Этот настрой и характер той эпохи 1990-х годов в России хорошо отражали такие заголовки статей “Комсы”, как “Баркашов – русский брат Гитлера”, “Далёк ли Зюганов от фашизма?” и т. д.

Достаточно быстро пришло понимание того, что необходимо налаживать контакты с различными радикальными левыми группами и в других регионах.

В августе 2000 года КМГ приняла участие во второй конференции Движения за рабочую партию (ДзРП) – образования, представлявшего собой “организационный туман” разнородных течений, среди которых была не только ленинистская тенденция, но и легалистская, и спонтанеистская, объединённых только лишь стремлением к созданию рабочей партии, но не стратегией. На этой конференции произошёл раскол: из движения ушли делегаты от Марксистской рабочей партии и Рабочая фракция ДзРП, чуть позже организацию покинула КМГ. Ещё ранее мы установили сотрудничество с Союзом марксистов, совместно выпустив в 1998 году 1-й номер газеты “Перспектива” – более “интеллигентское” издание по сравнению с собственной газетой КМГ (уже упомянутой “Комсой”), которая также продолжала выходить.

Об уровне активности рабочих 90-х годов прошлого века и их интереса к марксистской печати говорят следующие собранные нами данные о распространении нами же самими газет у проходных заводов и фабрик Кирова: на заводе “Авитек” за июль 1999 года было продано 7 экземпляров “Комсы”, 23 экземпляра разных номеров “Перспективы”; на Заводе обработки цветных металлов (ОЦМ) – 2 экземпляра “Комсы”, 2 экземпляра “Перспективы”; на Кировском мясокомбинате – 6 экземпляров “Комсы” и 11 экземпляров “Перспективы”; на Кировском шинном заводе – 3 экземпляра “Комсы”, 24 экземпляра “Перспективы”; на Электромеханическом заводе им. Лепсе – 18 экземпляров “Комсы”, 38 экземпляров “Перспективы”; на Комбинате искусственных кож – 4 экземпляра “Комсы” и 4 экземпляра “Перспективы”.

Это было состояние «ворчащей тишины». Среди промышленных рабочих, к которым мы тогда в первую очередь обращали нашу агитацию и пропаганду, недовольных было большинство, «но что-либо делать – упаси чёрт!». При этом более 45 % наёмных работников имели задолженность по зарплате. Усиливались процессы деградации и люмпенизации рабочего класса. У заводов часто можно было услышать раздражённый шёпот: «Дайте автоматы! К чёрту ваши газеты!». Были ли эти наёмные рабочие пролетариями в классическом понимании этого слова? Жили ли они лишь за счёт продажи своей рабочей силы? Они ходили на работу, но возвращались с неё с пустыми карманами: долги по зарплате на предприятиях области колебались от нескольких месяцев до нескольких лет. За счёт чего они жили всё это время? За счёт овощей, выращенных на собственных садовых участках, собранных в лесу грибов, ягод и речной рыбы. Что-то зарабатывалось шабашкой на стороне, в том числе за счёт вынесенного с “основного рабочего места” оборудования и материалов. Несуны и прогульщики были обычным явлением в России с “советских” времён. Отношение к труду на “своём” заводе передавалось из поколения в поколение. “Всё вокруг колхозное, всё вокруг ничьё,” – этот классический образец народного фольклора СССР отлично отражает господствовавшее в обществе отношение к “всенародной” собственности. Приватизация этой собственности в 1990-е годы в пролетарской среде метко была названа “прихватизацией”. Этому переделу собственности сверху соответствовал процесс мелкого воровства снизу. Это было стихийное, индивидуалистичное проявление классовой борьбы. Выше этого уровня классового сознания поднимались лишь единицы. Иначе и быть не могло: «рабочий, с одной стороны, фактически являлся мелким хозяйчиком, а с другой стороны, был вынужден жертвовать собственным здоровьем, образованием, культурой, подвергаясь интенсивной самоэксплуатации. В такой ситуации говорить о какой-то серьёзной политической активности не приходится».

О географии распространения “Комсы” можно узнать из таблицы, которая была опубликована в № 1(6) за 2000 год: мы перепечатываем её в этой статье, дополнив строкой “Всего”.

Распространение “Комсы”

Город	№ 4	№ 5
Киров*	332	323
Казань	50
Краснодар	30	20
Москва	128	297
Ленинград		50
Пермь*	50
Челябинск	30	35
Мурманск	10
Уфа	60	50
Одесса		10
Севастополь	5
Барнаул	30
Нижний Новгород	30	50
Бирск	5	5
Астрахань	10
Ясногорск		10
Выборг		10
Ростов-на-Дону	30	20
Воронеж		3
Казахстан		20
Киев		20
Самара		25
Калуга	30
Калининград	30
Невинномысск	30
Арзамас-16	10
Гусь-Хрустальный	10
Индивидуальная рассылка	100	42
ВСЕГО	1010	940

* в этих городах были подписчики “Комсы”.

Вышедшие из ДзРП группы сформировали “Марксистский блок”, который в ноябре 2000 года выпустил 1-й номер газеты “Дело рабочих”, сконцентрированной в основном на освещении и анализе экономической борьбы пролетариата. При всех очевидных теперь недостатках такого подхода он был обусловлен попыткой вырвать наиболее сознательных рабочих из-под влияния буржуазных фракций, которые, возрождая традиции “зубатовщины” в новых исторических условиях, пытались оседлать весьма активное в то время рабочее движение в своих интересах, вплоть до того, что задействовали отдельные его отряды в играх по переделу собственности и создавали “социально ориентированные” движения, приобретавшие значительный электоральный вес.

Уже тогда мы сделали ставку на работу в пролетарской и студенческой среде и распространение газет на проходных заводов, на улицах, а также путём обхода квартир рабочих кварталов. Параллельно, пытаясь восстановить разорванную нить марксистской теории, занимались её систематическим и организованным изучением, собираясь для этого на квартирах у отдельных товарищей, так как возможности снять даже самый дешёвый офис не было.

Таким образом, проходя различные этапы эволюции и приобретая в практической борьбе необходимый опыт, формировались товарищи, которые через несколько лет уже в Санкт-Петербурге создадут “Новый Прометей”.

Реконструкция ленинизма

В период “предыстории”, когда происходит становление организации, неизбежно возникают и такие теоретические и практические инструменты, которые в период “зрелости” исключаются ею из своего арсенала как не оправдавшие себя. Таковыми в то время были непропорциональное внимание к “рабочей демократии” и освещению экономической борьбы наёмных рабочих, концентрация на локальной политике в ущерб международным отношениям, попытка использования мандата депутата областной думы для революционной пропаганды, ставшая возможной благодаря протестам рабочих и промежуточных слоёв, и т. п.

Однако уже в то время можно было наблюдать и формирование таких инструментов, которые впоследствии станут константами работы организации. По сути, речь шла о реконструкции ленинистских принципов:

• борьба в интересах пролетариата как жизненный выбор каждого активиста («Личные амбиции должны быть отброшены, интересы дела – превыше всего»);
• отстаивание понимания государства как аппарата классового насилия правящего класса (в статье с красноречивым названием “Чёрт с ней, с армией” мы писали: «21 февраля 1999 г. объединённые ряды кировской оппозиции (“Трудовой Киров”, РКРП, КПРФ, ВКП(б) и другие родственные им организации) провели традиционный митинг, посвящённый годовщине создания Красной Армии. Ностальгия по дням минувшим перемежалась с негодованием по поводу проклятых ельцинистов, разрушивших СССР, а вместе с ним и нашу доблестную Советскую Армию. А вот выступление секретаря Кировской марксистской группы повисло в воздухе, вызвало недоумение и возмущение в среде патриотичных ветеранов. Ещё бы, [ведь] он посмел сказать: “Армия разрушается, ну и чёрт с ней, от этого пролетариату легче взять власть в собственные руки. Ведь армия – не танки и не пушки, и даже не солдаты из рабочих семей, а аппарат классового насилия правящего класса”. Эта азбучная истина марксизма оказалась неведома для многих, которые, видимо, по недоразумению носят имя коммунистов»);
• осознание того факта, что в нереволюционный период политика является уделом узких организованных меньшинств – авангардов классов, и как следствие – необходимости формирования кадровой партии, способной отстаивать стратегическую и организационную автономию пролетарского авангарда: «Объединение невозможно с приспособленцами, теми, кто задачи политического самосохранения ставят выше интересов общей борьбы. Объединение невозможно с теми, кто стоит за союз (в практических делах) с “национальной” буржуазией против “компрадорской” […]. Объединение нежелательно с теми, кто прославляет “гуманизм” и “демократию” в отрыве от классового смысла этих понятий […]. Объединяться нужно тем, кто единственную проблему видит в отсутствии авангарда пролетариата, потому что таким людям не хватает только одного шага – посмотреться в зеркало! Если мы осознали необходимость социалистической революции, если мы видим, что единственной способной на это силой является организованный и активный рабочий класс, если мы уже ведём работу по просвещению и организации народных масс – значит, мы и есть тот самый авангард пролетариата. Только мы действуем разобщённо, любительски, а надо – масштабно, профессионально, централизованно. […] классовое сознание появляется не столько в силу “экономического происхождения”, сколько в ходе классовой борьбы […]. Рабочий класс может породить и трудовиков, и националистов, и “пофигистов” – здесь нет ничего удивительного. Наивно каждое выступление рабочих считать началом революции. Наоборот, нельзя пускать дело на самотёк, нужно усиливать пропаганду и собственное организаторское присутствие в коллективах…»;
• признание необходимости собственного печатного органа, выступающего в качестве не только коллективного пропагандиста, но и организатора («Необходимо обеспечить рабочих информацией о состоянии рабочего движения по всем регионам. Дать возможность рабочим увидеть и понять общность интересов всех рабочих, что во всех уголках России рабочие борются за одно и то же. Этого можно достигнуть только при обмене опытом борьбы. Эту задачу может выполнить только газета. Вместе с тем газета должна явиться и в качестве организатора. Газета должна стать трибуной для передовых рабочих и рабочих лидеров […]. Совместная деятельность этих передовых рабочих и лидеров приведёт к такому положению вещей, что рабочие отряды будут уже бороться не стихийно и разрозненно, а организованно и сообща. Словом, нужна газета. Эта газета сегодня должна отражать те качественные изменения, которые происходят в рабочем движении, и стать помощником рабочих в деле их объединения»);
• позиционирование себя в качестве отряда мирового рабочего класса («ОКПР считает себя одним из отрядов международного рабочего движения в борьбе с международным капиталом») и реализация линии пролетарского интернационализма в любых условиях («Как бы ни хотелось некоторым коммунистам бороться ТОЛЬКО против сионизма, ОБЯЗАТЕЛЬНО получается борьба против евреев вообще. Как бы ни хотелось поддержать “братских сербов”, получается поддержка сербской буржуазии. Как бы ни хотелось противостоять мировому империализму в лице Билла Клинтона, получается помощь арабскому империализму в лице Саддама Хуссейна. Признание национальных интересов выше классовых губительно для коммунистического движения»;
• стратегия, формирующаяся на основе марксистского анализа значимых мировых фактов (системы государств, международных отношений, их среднесрочных и долгосрочных тенденций и т. д.), а также анализ динамики главного врага – “собственного” империализма – и формирование соответствующей политической позиции по каждому частному вопросу именно на базе этих фактов (так, в одной из статей октября 2000 года приводился следующий анализ, выдержанный в подобном ключе: «Депрессивный в экономическом плане регион находился в глубокой социальной депрессии, в городе росла преступность, алкоголизм, заболеваемость […]. Такая ситуация продолжалась до путинского поворота в российской истории. С заказом на патриотизм и национальную идею, с войной на Балканах и в Чечне, на кировскую оборонку посыпались заказы, и не только российские. Начался массовый приём рабочих и специалистов, из числа ранее сокращённых […]. О небывалом, “фантастическом” экономическом приросте на кировской оборонке заявил вице-премьер А. Клебанов (свыше 1000 % (!)), а “всенародно избранный” кировский губернатор В. Н. Сергеенков не упустил случая искупаться в лучах собственной гордости, безусловно приписав “экономическое чудо” своему гению. Для любого трезвомыслящего человека понятно, что для того, чтобы промышленность сделала такой экономический скачок за столь короткий промежуток времени, до этого она должна просто не работать. Следовательно, в этом нет никакого экономического чуда, а есть лишь государственный заказ. Для марксистов, знающих и понимающих неизбежность этих процессов, жизнь сама ставит задачи ближайшего периода: 1. Вести агитационно-пропагандистскую работу в среде пролетариата, разъясняя сущность происходящего, дальнейшие варианты развития и единственный революционный способ решения проблемы. 2. Создавать и развивать собственную организацию. 3. Способствовать развитию рабочего движения и завоёвывать в нём авторитет. […] Идти и призывать рабочих к забастовке сегодня глубоко бессмысленно. Ждать пока они сами начнут бастовать или бороться за свои права иными методами – значит плестись у них в хвосте. У нас нет иного пути, нежели путь революционной марксистской пропаганды, классовой борьбы, а этот путь невозможно осуществить без создания революционной марксистской партии»).

Некоторые из статей того периода, в том числе процитированные выше, мы намерены перепечатать полностью, сопроводив небольшим комментарием, в нашем журнале и на сайте: оригинальные экземпляры “Комсы” сейчас достать практически невозможно (за пределами архивов).

Это был романтический период нашего революционного становления. Мы набирали опыт, пытались расти вместе с нашим классом, ощущали на себе всё то, что происходило с ним. Мы ошибались и набивали шишки – и не только в переносном смысле этого слова. Мы теряли тех, кого считали своими товарищами, но кто по тем или иным причинам выбирал иной путь. Мы теряли и настоящих товарищей, чья молодая жизнь обрывалась при загадочных обстоятельствах. Мы шли – порой без компаса, порой на ощупь.

Шаг вперёд или два шага назад?

Зимой 2000 года итальянская организация Lotta Comunista установила с нами связь. Мы давно хотели вырваться из изоляции и установить связь с интернационалистами из других стран. Но связи именно с Lotta Comunista мы не искали, более того – до первой встречи мы ничего не знали об этой организации. Lotta Comunista нашла нас. Эта случайно установившаяся связь вылилась в почти четверть века отношений, деятельности, дискуссий, борьбы.

Этот выбор позволил нам:

• расширить свой марксистский кругозор и опыт;
• получить доступ к обширному и долговременному стратегическому анализу международных отношений, осуществляемому Lotta Comunista на протяжении десятилетий, а также к более частным, но также очень полезным, научным материалам по множеству различных вопросов;
• перенять образец серьёзной, ответственной, дисциплинированной, систематической модели работы организации, осуществляемой на основе долгосрочного планирования.

Однако спустя без малого четверть века нам пришлось разорвать отношения с этой организацией, так как за всё это время она так и не поставила ряд связанных между собой ключевых вопросов о причинах сегодняшней пассивности нашего класса; об условиях, при которых он преодолеет эту пассивность; о том, каковы должны быть модель самой партии, методы её работы и тип самого пролетарского революционера в условиях именно такого состояния класса.

В обстановке полного отсутствия какого-либо классового движения пролетариата Lotta Comunista, желая во что бы то ни стало сохранить достигнутые ею количественные показатели, которые действительно выглядят внушительно на фоне других интернационалистских групп, неизбежно пришла к чисто механицистским методам работы, позволяющим привлекать новых и сохранять старых сторонников без оглядки на уровень их подготовки и понимания даже тех всё более непритязательных материалов, которые публикуются в газете, не говоря уже о фундаментальных вопросах марксизма. И эта корневая проблема закономерно вылилась во множество частных недостатков в текущей работе организации, которые затрагивать здесь было бы неуместно. А более серьёзные разногласия – например, отношение к так называемому “Движению Сопротивления” во время второй мировой войны и многие другие – найдут своё изложение на страницах нашего журнала. Открытая полемика всегда была оружием марксизма, и мы продолжим использовать его в нашей борьбе.

В конечном итоге под большим вопросом находится самое главное – способность Lotta Comunista совершить положительный качественный скачок в момент, когда того потребуют история и класс.

Мы многому научились за эти четверть века, приобрели и воспитали новых товарищей. Мы на практике осознали, что газета – это не только орган пропаганды и агитации, но и коллективный организатор. Наша газета выходила регулярно, ежемесячно, в каждом номере были наши собственные статьи. Мы участвовали в выпуске марксистских книг, начиная с их подготовки, заканчивая вёрсткой и распространением. Мы сами готовили и проводили партийные школы с плотным изучением марксисткой классики, занимались изучением истории рабочего движения и исследованием капитализма. Эти четверть века не были потерянным временем.

Мы безусловно стали сильнее, чем были в момент знакомства с Lotta Comunista. Именно поэтому нельзя считать, что мы сделали два шага назад. Мы продолжаем движение вперёд. Осознав, что дальнейшее нахождение в Lotta Comunista несовместимо с теми выводами, к которым мы пришли (они изложены в нашем “Манифесте”), мы приняли единственно возможное решение – прекратить отношения с этой организацией.

С августа 2025 года в газете “Пролетарский интернационализм” не публикуются наши статьи, и она заполнена лишь переводами из Lotta Comunista. Незначительная часть наших вчерашних товарищей осталась в Lotta Comunista. Каждый делает свой выбор. Мы сделали свой: оставив тем, кто предпочёл сохранить связь с Lotta Comunista название организации, газеты и многое другое.

Мы продолжаем борьбу.

Время для работы по-новому

Каждый последовательный марксист неизбежно приходит к выводу, который мы озвучиваем в нашем “Манифесте”: наша эпоха впервые ставит перед пролетариатом и его авангардом в лице коммунистов задачу выполнения только своих собственных, чисто коммунистических задач, а свою конечную цель более чем когда-либо «коммунисты могут выразить […] одним положением: уничтожение частной собственности», если говорить словами “Манифеста Коммунистической партии”.

С другой стороны, как мы уже сказали выше, нынешний этап данной эпохи характеризуется отсутствием массового рабочего движения и партии пролетариата как значимого политического фактора, крайне низкой сознательностью рабочих, а также полным и безраздельным господством буржуазных идеологий во всём обществе, включая наш класс.

Таким образом, любая действительно коммунистическая группа, исходя из этих двух положений – характера нашей цели и объективной невозможности приобрести массовую базу для её достижения, – должна прийти к выводу, что сейчас её деятельность должна состоять в решении следующих задач: 1) отборе и марксистской подготовке немногочисленных, но преданных борцов за дело пролетариата; 2) развитии марксистской теории применительно к современным условиям; 3) восстановлении прерванной нити марксистской школы – особенно это касается русскоязычного отряда нашего класса, где фактически нужно начинать с нуля, с “выжженной земли”, оставленной сталинизмом.

И именно с точки зрения эффективности выполнения этих задач должен оцениваться любой инструмент, используемый коммунистической группой, в том числе её печатный орган.

У нас пока нет точного понимания того, каким именно должен быть такой орган, но есть знание о том, каких негативных черт стоит пытаться избегать. Эти черты, к сожалению для нас, демонстрирует газета Lotta Comunista, которая в своём нынешнем виде почти не позволяет продвигаться в решении указанных выше задач.

Устоявшийся метод работы её редакции и авторов – это наполнение каждого номера газеты практически полностью – за исключением одной-двух статей – материалами буржуазной прессы. Сам по себе сбор этих материалов, тем более настолько длительный и систематизированный, безусловно, необходим, но проблема в том, что они публикуются в необработанном, непроанализированном виде, причём речь не идёт даже о простом формальном (иными словами, техническом) анализе, не говоря уже о марксистском. Более того, во многих случаях отсутствуют даже простые комментарии к приводимым материалам. Эти статьи могли бы сгодиться в качестве подготовительных материалов к статьям, если бы не одно “но”: они не дотягивают и до этого уровня, так как лучшие образцы такого рода материалов – например, “Тетради по империализму” Ленина – содержат глубокие комментарии и первичную систематизацию материалов.

Неудивительно, что в своём нынешнем виде у многих коммунистов – которые, напомним, видят своей целью уничтожение частной собственности – газета вызывает недоумение: им совершенно непонятно, зачем им читать коммунистическую газету, чтобы узнать о европейских и американских моделях дронов. Об этом можно прочитать в профильных изданиях, где этот вопрос описан гораздо более глубоко и детально. А теперь представьте, что таких статей в газете – подавляющее большинство. В таком случае получается, что газета почти не содержит ничего специфически коммунистического, то есть того, чего нельзя было бы найти в более или менее серьёзных буржуазных изданиях. О том, какой политической ориентации, по собственному мнению, придерживается издание, можно узнать лишь из названия газеты.

То есть налицо ситуация, которую метко описал молодой Маркс: «Форма лишена всякой ценности, если она не есть форма содержания».

Написание таких статей является относительно несложным делом, и кажется, что в последнее время это ничуть не хуже может делать ИИ. Она не требует качественной подготовки кадров, глубокого знания ими марксизма (во многих случаях не требует вообще никакого знания марксизма), тщательного отбора, систематизации и анализа фактов, большого количества времени, и легко может стать машинальной потоковой работой, выполняемой по инерции, что позволяет не выходить из формируемой годами зоны комфорта.

Однако с точки зрения указанных выше задач такой метод является саморазрушительным по нескольким причинам:

• он не позволяет именно по-марксистски готовить борцов за дело пролетариата, поскольку для написания и чтения такой газеты вовсе не требуется быть коммунистом. Авторы статей не учатся ни самостоятельному анализу, ни работе над литературным стилем; это приводит к тому, что они не умеют ни привлечь даже сочувствующую аудиторию, ни по-настоящему её заинтересовать. Это обернётся настоящей катастрофой в момент ускорения классовой борьбы: как авторы нынешних статей с их сухим канцелярским стилем смогут зажечь революционной страстью рабочих, готовых к решающей битве? Неужели, никогда в этом не практиковавшись, они вдруг обретут хороший слог? Вопрос риторический;
• более или менее грамотный и увлечённый своей идеей коммунист, всегда желающий развиваться, раз за разом не будет находить там для себя ничего интересного, что в конечном итоге приведёт его к апатии и отдалению от организации. В ещё большей мере это касается товарищей с наиболее высоким уровнем классового сознания. А в отношении “рядовых” товарищей это оборачивается тем, что они вовсе перестают читать газету: она не привлекает ни содержанием, ни формой. В результате складывается ситуация, при которой они не вливаются в организации именно как коммунисты, а лишь выполняют механическую работу по распространению газеты и организации потоков людей;
• он впустую растрачивает время даже тех коммунистов, которых удалось привлечь, закрепить и включить в работу; при нынешнем катастрофическом дефиците грамотных коммунистов заставлять их заниматься простой компиляцией буржуазной прессы – верх расточительства;
• он не позволяет развивать марксистскую теорию применительно к современным условиям, поскольку в газете даже не предусмотрены рубрики, где излагались бы результаты самостоятельных исследований или хотя бы метаанализа уже существующих легально-марксистских и буржуазных исследований. Да и в целом этой работы почти не ведётся, так как львиную долю времени кадров занимают чисто механические операции (сбор выписок, распространение газеты и т.п.). Кроме того, такой подход не предполагает дискуссий или обмена опытом с другими интернационалистскими течениями, что в конечном счёте ведёт к теоретической деградации активистов;
• задачу восстановления прерванной нити марксистской школы он позволяет решить лишь в малой и откровенно недостаточной степени: этой тематике посвящена незначительная доля публикаций, хотя работы – непаханое поле; тем временем редакция предпочитает занимать своих авторов работой по компиляции конъюнктурных публицистических заметок из буржуазных СМИ на тему прибылей, финансовых пузырей и долгов, которые перестанут быть актуальными в лучшем случае через несколько месяцев (а то и недель или даже дней). То есть речь не идёт о более или менее глубоких исследованиях, которые не потеряют своей пользы хотя бы в течение нескольких лет.

Форма и содержание неразрывны, они диалектически взаимосвязаны. Нереволюционная форма не может быть наполнена революционным содержанием.

Для того, чтобы понять всё это, было необходимо время. Его ушло слишком много? Возможно, этому в том числе поспособствовало то, что наша деятельность в России была, по сути, автономна. Большее включение в работу Lotta Comunista, произошедшее с началом российско-украинской войны, ускорило понимание различия наших подходов и методов.

Разрыв с механистическими методами прошлого знаменует для нашей организации начало нового этапа. Оставляя позади четверть века иллюзий и организационного формализма, мы продолжаем нашу борьбу на качественно ином уровне. Отныне все наши силы и ресурсы будут подчинены выполнению наших подлинных задач: бескомпромиссному отбору и марксистской подготовке революционных кадров, развитию коммунистической теории применительно к современным условиям. Наша форма отныне будет неразрывно связана с нашим революционным содержанием.

Март 2026 г.

1. - О рабочем движении и о рабочей газете // Дело рабочих. 2002. Ноябрь. № 1. С. 1. ↑

2. - Мельникова Н. Кировская область: в июле 1998 года // Международный институт гуманитарно-политических исследований. Политический мониторинг. URL: http://www.igpi.ru/monitoring/1047645476/1998/0798/43.html. ↑

3. - Этой особенности российской политической системы мы посвятили ряд наших публикаций. «Разъясним, что имеется ввиду: с возникновением “Единой России”, несмотря на формально существующую многопартийность, фактически синтез интересов, обновление политической линии и кадрового состава российского правящего класса происходят в лоне этой партии, все остальные в лучшем случае выражают миноритарные интересы некоторых групп буржуазии, а потому и на парламентской сцене играют второстепенную роль гарнира на выбор к основному блюду. Их функция ограничивается подбором голосов несогласных, созданием иллюзии наличия выбора. Именно такую партийно-политическую систему, которая подтвердила свою жизненность и на последних парламентских выборах, мы и называем полуторапартийной» (Пустота парламентаризма // Пролетарский интернационализм. 2016. Октябрь. № 26).

   Кроме того, описание этого феномена можно встретить в статьях “Социальная действительность и буря в стакане электоральной воды” (Пролетарский интернационализм № 62, октябрь 2019), “Иллюзии правящего класса и реалии российского империализма (I)” (Пролетарский интернационализм № 82, июнь 2021), “Цветные революции и суверенная демократия” (Пролетарский интернационализм № 104, май 2023), “Историческая задержка реструктуризации” (Пролетарский интернационализм № 122, ноябрь 2024). ↑

4. - Комса. 1998. Июнь. № 1. С. 1. ↑

5. - Там же. ↑

6. - Три пути для “Движения”. URL: https://www.oocities.org/marxparty/lpp/lp6/tusovka.htm. ↑

7. - Сальников С. Хождение в завод // Агентство социально-политической информации. Бюллетень № 1(49). 2000. Февраль. URL: http://libelli.ru/works/aspi-49.htm. ↑

8. - Сальников С. Рабочий класс Кирова: новейшие тенденции и перспективы борьбы // Агентство социально-политической информации. Бюллетень № 1(49). 2000. Февраль. URL: http://libelli.ru/works/aspi-49.htm. ↑

9. - Минин С. Зубатовщина “по-майски” // Лефт.ру. 2000. 25 сентября. № 3 (3). URL: https://left.ru/2000/3/mai.html. ↑

10. - В конце 2005 года. ↑

11. - См. номера газеты “Дело рабочих” 1 (ноябрь 2000 г.), 1(2) (январь 2001 г.), 3(4) (апрель 2001 г.), 4(5) (апрель 2001 г.). ↑

12. - Так, на одном из заседаний Кировской областной Думы председатель Думы высказал в сторону депутата С. Сальникова: «Прекратите политическую агитацию в стенах Областной Думы, у нас не место для этого!» (см.: Кировские власти посетил призрак мировой революции // опубликовано в виде листовки, сентябрь 2000 г.). ↑

13. - Классовый анализ общества и перспективы преодоления коммунистической многопартийности в России // Комса. 1998. Август. № 3 (3). С. 6. ↑

14. - Чёрт с ней, с армией… // Комса. 1999. Март. № 1 (4). С. 3. ↑

15. - Зеркало для героя // Комса. 1999. Март. № 1 (4). С. 3. ↑

16. - О рабочем движении и о рабочей газете // Дело рабочих. 2002. Ноябрь. № 1. С. 1. ↑

17. - Объединённая Коммунистическая партия России. Название партии дано условно. ↑

18. - Классовый анализ общества и перспективы преодоления коммунистической многопартийности в России // Комса. 1998. Август. № 3 (3). С. 6. ↑

19. - Там же. ↑

20. - Кировская область, 60 % промышленности которой в тот момент приходилось на оборонные предприятия. ↑

21. - В 1990-е годы. ↑

22. - После конверсии второй половины 1980-х годов. ↑

23. - Сальников С. Почему в Кирове не бастуют. Мысли вслух // Лефт.ру. 2000. 2 октября. № 4 (4). URL: https://left.ru/2000/4/PochemuKirov.htm. ↑

24. - Маркс К. Дебаты по поводу закона о краже леса // К. Маркс и Ф. Энгельс. Собр. соч. Изд. 2-е. Т. 1. С. 159. ↑